Неточные совпадения
Бесчестное дело брать взятки сделалось необходимостью и
потребностью даже и для таких
людей, которые и не рождены быть бесчестными.
Все они были до того нелепы, так странны, так мало истекали из познанья
людей и света, что оставалось только пожимать плечами да говорить: «Господи боже! какое необъятное расстояние между знаньем света и уменьем пользоваться этим знаньем!» Почти все прожекты основывались на
потребности вдруг достать откуда-нибудь сто или двести тысяч.
Эти пароксизмы гордости и тщеславия посещают иногда самых бедных и забитых
людей и, по временам, обращаются у них в раздражительную, неудержимую
потребность.
Только
люди, способные сильно любить, могут испытывать и сильные огорчения; но та же
потребность любить служит для них противодействием горести и исцеляет их. От этого моральная природа
человека еще живучее природы физической. Горе никогда не убивает.
Губернский предводитель, в руках которого по закону находилось столько важных общественных дел, — и опеки (те самые, от которых страдал теперь Левин), и дворянские огромные суммы, и гимназии женская, мужская и военная, и народное образование по новому положению, и наконец земство, — губернский предводитель Снетков был
человек старого дворянского склада, проживший огромное состояние, добрый
человек, честный в своем роде, но совершенно не понимавший
потребностей нового времени.
Та привязанность, которую он испытывал к Анне, исключила в его душе последние
потребности сердечных отношений к
людям.
Чувствуя
потребность разгрузить себя от множества впечатлений, он снова начал записывать свои думы, но, исписав несколько страниц, увидел с искренним удивлением, что его рукою и пером пишет
человек очень консервативных воззрений. Это открытие так смутило его, что он порвал записки.
Чтение художественной литературы было его насущной
потребностью, равной привычке курить табак. Книги обогащали его лексикон, он умел ценить ловкость и звучность словосочетаний, любовался разнообразием словесных одежд одной и той же мысли у разных авторов, и особенно ему нравилось находить общее в
людях, казалось бы, несоединимых. Читая кошачье мурлыканье Леонида Андреева, которое почти всегда переходило в тоскливый волчий вой, Самгин с удовольствием вспоминал басовитую воркотню Гончарова...
— Доктора должны писать популярные брошюры об уродствах быта. Да. Для медиков эти уродства особенно резко видимы. Одной экономики — мало для того, чтоб внушить рабочим отвращение и ненависть к быту.
Потребности рабочих примитивно низки. Жен удовлетворяет лишний гривенник заработной платы. Мало у нас
людей, охваченных сознанием глубочайшего смысла социальной революции, все какие-то… механически вовлеченные в ее процесс…
Сингапур — один из всемирных рынков, куда пока еще стекается все, что нужно и не нужно, что полезно и вредно
человеку. Здесь необходимые ткани и хлеб, отрава и целебные травы. Немцы, французы, англичане, американцы, армяне, персияне, индусы, китайцы — все приехало продать и купить: других
потребностей и целей здесь нет. Роскошь посылает сюда за тонкими ядами и пряностями, а комфорт шлет платье, белье, кожи, вино, заводит дороги, домы, прорубается в глушь…
Возделанные поля, чистота хижин, сады, груды плодов и овощей, глубокий мир между
людьми — все свидетельствовало, что жизнь доведена трудом до крайней степени материального благосостояния; что самые заботы, страсти, интересы не выходят из круга немногих житейских
потребностей; что область ума и духа цепенеет еще в сладком, младенческом сне, как в первобытных языческих пастушеских царствах; что жизнь эта дошла до того рубежа, где начинается царство духа, и не пошла далее…
Роскошь — порок, уродливость, неестественное уклонение
человека за пределы естественных
потребностей, разврат.
— Сделай милость,
человек добрый, не откажи! — наступал кузнец, — свинины ли, колбас, муки гречневой, ну, полотна, пшена или иного прочего, в случае
потребности… как обыкновенно между добрыми
людьми водится… не поскупимся. Расскажи хоть, как, примерно сказать, попасть к нему на дорогу?
Много было великих народов с великою историей, но чем выше были эти народы, тем были и несчастнее, ибо сильнее других сознавали
потребность всемирности соединения
людей.
Ибо мир говорит: «Имеешь
потребности, а потому насыщай их, ибо имеешь права такие же, как и у знатнейших и богатейших
людей.
А игра в войну у молодых
людей, в рекреационное время, или там в разбойники — это ведь тоже зарождающееся искусство, зарождающаяся
потребность искусства в юной душе, и эти игры иногда даже сочиняются складнее, чем представления на театре, только в том разница, что в театр ездят смотреть актеров, а тут молодежь сами актеры.
А потому в мире все более и более угасает мысль о служении человечеству, о братстве и целостности
людей и воистину встречается мысль сия даже уже с насмешкой, ибо как отстать от привычек своих, куда пойдет сей невольник, если столь привык утолять бесчисленные
потребности свои, которые сам же навыдумал?
Вот эта
потребность общности преклонения и есть главнейшее мучение каждого
человека единолично и как целого человечества с начала веков.
Он представил его
человеком слабоумным, с зачатком некоторого смутного образования, сбитого с толку философскими идеями не под силу его уму и испугавшегося иных современных учений о долге и обязанности, широко преподанных ему практически — бесшабашною жизнию покойного его барина, а может быть и отца, Федора Павловича, а теоретически — разными странными философскими разговорами с старшим сыном барина, Иваном Федоровичем, охотно позволявшим себе это развлечение — вероятно, от скуки или от
потребности насмешки, не нашедшей лучшего приложения.
Но одни побои не испугали бы Федора Павловича: бывали высшие случаи, и даже очень тонкие и сложные, когда Федор Павлович и сам бы не в состоянии, пожалуй, был определить ту необычайную
потребность в верном и близком
человеке, которую он моментально и непостижимо вдруг иногда начинал ощущать в себе.
Приняв этот третий совет могучего духа, ты восполнил бы все, чего ищет
человек на земле, то есть: пред кем преклониться, кому вручить совесть и каким образом соединиться наконец всем в бесспорный общий и согласный муравейник, ибо
потребность всемирного соединения есть третье и последнее мучение
людей.
Тоталитаризм есть религиозная трагедия, и в нем обнаруживается религиозный инстинкт
человека, его
потребность в целостном отношении к жизни.
У
людей с древних времен была
потребность в религиозной санкции власти, которая иногда принимала формы таинства помазания.
Человек, раненный злом окружающего мира, имеет
потребность вообразить, вызвать образ совершенного, гармонического строя общественной жизни.
Все большая утрата
человеком целостности порождает в
человеке потребность спастись от грозящей ему гибели, от утери человеческого образа.
Слушая то Софью Васильевну, то Колосова, Нехлюдов видел, во-первых, что ни Софье Васильевне ни Колосову нет никакого дела ни до драмы ни друг до друга, а что если они говорят, то только для удовлетворения физиологической
потребности после еды пошевелить мускулами языка и горла; во-вторых, то, что Колосов, выпив водки, вина, ликера, был немного пьян, не так пьян, как бывают пьяны редко пьющие мужики, но так, как бывают пьяны
люди, сделавшие себе из вина привычку.
— То и ладно, то и ладно: значит, приспособился к
потребностям государства, вкус угадал, город успокоивает. Теперь война, например, с врагами: все двери в отечестве на запор. Ни
человек не пройдет, ни птица не пролетит, ни амбре никакого не получишь, ни кургузого одеяния, ни марго, ни бургонь — заговейся! А в сем богоспасаемом граде источник мадеры не иссякнет у Ватрухина! Да здравствует Ватрухин! Пожалуйте, сударыня, Татьяна Марковна, ручку!
От холодного ветра снег стал сухим и рассыпчатым, что в значительной степени затрудняло движение. В особенности трудно было подниматься в гору:
люди часто падали и съезжали книзу. Силы были уже не те, стала появляться усталость, чувствовалась
потребность в более продолжительном отдыхе, чем обыкновенная дневка.
А если этот
человек находит все-таки хорошее удовлетворение своей
потребности, то и сам он не должен рисковать; я предположу, в смысле отвлеченном, что он не хочет рисковать, и говорю: он прав и благоразумен, что не хочет рисковать, и говорю: дурно и безумно поступит тот, кто станет его, нежелающего рисковать, подвергать риску.
Будет время, когда все
потребности натуры каждого
человека будут удовлетворяться вполне, это мы с тобою знаем; но мы оба одинаково твердо знаем, что это время еще не пришло.
Если бы, по моей отвлеченной гипотезе, какая-нибудь сильная
потребность этого
человека, предположим, ведь это только для примера,
потребность любви — совершенно не удовлетворялась, или удовлетворялась плохо, я ничего не говорил бы против риска, предпринимаемого им самим, но только против такого риска, в никак не против риска, навлекаемого не него кем-нибудь посторонним.
В душе человеческой появляется сознание неабсолютности и внебожественности, а следовательно, относительности и греховности своего бытия, но одновременно зарождается и стремление освободиться от «мира», преодолеть его в Боге; другими словами, вместе с религиозным самосознанием в
человеке родится и чувство зла, вины, греха, отторженности от Бога, а равно и
потребность спасения и искупления.
«
Человек имеет в единой душе и ум, и слово, и единое чувство, хотя оно по пяти естественным
потребностям тела делится на пять чувств.
«Если «благородный дух
человека» испытывает
потребность быть понятым другим, то насколько более такая
потребность — единственная у ни в чем, кроме того, не нуждающегося Божества — положит пред собою иное, чтобы превратить его в знающее о себе…
Жаль было разрушать его мистицизм; эту жалость я прежде испытывал с Витбергом. Мистицизм обоих был художественный; за ним будто не исчезала истина, а пряталась в фантастических очертаниях и монашеских рясах. Беспощадная
потребность разбудить
человека является только тогда, когда он облекает свое безумие в полемическую форму или когда близость с ним так велика, что всякий диссонанс раздирает сердце и не дает покоя.
Потребность сочувствия так сильна у Станкевича, что он иногда выдумывал сочувствие и таланты, видел в
людях такие качества, которых не было в них вовсе, и удивлялся им.
После падения Франции я не раз встречал
людей этого рода,
людей, разлагаемых
потребностью политической деятельности и не имеющих возможности найтиться в четырех стенах кабинета или в семейной жизни. Они не умеют быть одни; в одиночестве на них нападает хандра, они становятся капризны, ссорятся с последними друзьями, видят везде интриги против себя и сами интригуют, чтоб раскрыть все эти несуществующие козни.
У меня нет дара дружбы, я не способен уделять
людям много внимания, и у меня нет никакой
потребности водительствовать душами.
Но при этом у меня была
потребность в общении с
людьми, была мечта о близости с
людьми.
У меня была даже
потребность привести себя во внешнее соответствие со средними
людьми.
У русских нет условностей, нет дистанции, есть
потребность часто видеть
людей, с которыми у них даже нет особенно близких отношений, выворачивать душу, ввергаться в чужую жизнь и ввергать в свою жизнь, вести бесконечные споры об идейных вопросах.
У
людей есть неистребимая
потребность играть в жизни роль, быть приобщенным к чему-то самому главному, к центру, определяющему человеческие судьбы.
Эта любовь
человека, который имеет
потребность любви, но с трудом может ее выражать в отношении к
людям.
Во времена моей марксистской молодости один довольно культурный марксист немецкой формации мне говорил с укором, что, в сущности, я
человек религиозный, что у меня есть
потребность в оправдании смысла жизни и в вечности.
Он принадлежал к
людям, которые имеют эстетическую
потребность быть в гармонии и соответствии со средой и окружающими
людьми.
Я решаюсь занять собой не только потому, что испытываю
потребность себя выразить и отпечатлеть свое лицо, но и потому, что это может способствовать постановке и решению проблем
человека и человеческой судьбы, а также пониманию нашей эпохи.
Тут Достоевский высказывает гениальные мысли о том, что
человек совсем не есть благоразумное существо, стремящееся к счастью, что он есть существо иррациональное, имеющее
потребность в страдании, что страдание есть единственная причина возникновения сознания.
Жажда наживы согнала сюда
людей со всех сторон, и эта разноязычная и разноплеменная толпа отлично умела понять взаимные интересы, нужды и
потребности.
— Рабство… а если мне это нравится? Если это у меня в крови — органическая
потребность в таком рабстве? Возьмите то, для чего живет заурядное большинство: все это так жалко и точно выкроено по одной мерке. А стоит ли жить только для того, чтобы прожить, как все другие
люди… Вот поэтому-то я и хочу именно рабства, потому что всякая сила давит… Больше: я хочу, чтобы меня презирали и… хоть немножечко любили…
На этом туннеле превосходно сказалась склонность русского
человека тратить последние средства на всякого рода выкрутасы, когда не удовлетворены самые насущные
потребности.